В половине двенадцатого ночи телефон Елены Яровой коротко тренькнул. Она не спала: уже несколько часов мучила боль в спине, тревожная и непонятная. На экране появилось сообщение от мужа: «У меня второй день рождения. Раненый в голову, но живой!»
С этого момента у Елены была только одна мысль: найти Сергея, добраться до него, помочь.
В редакцию «Прибоя» Яровые приехали всей семьёй — Сергей, Елена и дочь Виктория. Говорила в основном Елена. Сергей и до ранения был немногословным, а сейчас ещё восстанавливается.
1 сентября 2022 года Сергей Яровой крепко держал за руку дочь-первоклассницу. Школьная линейка, банты, букет, счастливый отец рядом с маленькой Викой. Тогда никто не мог представить, что следующая такая фотография появится только через три с лишним года — уже на выпускном из четвёртого класса. Между этими двумя снимками были мобилизация, Крым, Донецк, ранение и месяцы госпиталей.
Мобилизованные
В маленьком Береговом повестки разносили быстро — за сутки обошли многих. Кому-то давали на сборы пару недель, кого-то забирали почти сразу. Сергею Яровому сообщение о мобилизации пришло 26 сентября. В середине октября он уже был в части.
Сначала был Севастополь, бухта Казачья, 810-я бригада. Там за ним закрепился позывной «Волк». Служил вместе с братьями Алексеем и Сергеем Микош из Пшады.
«Там наших собралось много — из Пшады, Берегового, Бетты, со всего Краснодарского края. Сформировали два батальона, — вспоминает Сергей. — Первые два месяца шло обучение: пристреливали оружие, учились минировать. Ещё три месяца стояли в Евпатории, на охране Крыма. Там же встретили новый 2023 год».
«Волк» был командиром расчёта минометной батареи. В марте батальоны расформировали, пришёл приказ на переброску. Сутки ехали в КамАЗе в полной экипировке. Машина шла через лесополосы и грунтовки к границе, где долго стояли, пропуская колонны танков.
«Все люди взрослые, мы хорошо понимали, куда едем и что там может ждать. Когда подъезжали ближе, уже гудели «вертушки», работала артиллерия, всё вокруг летало и стреляло, — говорит Сергей. — Но зашли спокойно, в предрассветных сумерках, без обстрела. Обстрелы начались, когда вышли на линию боевого соприкосновения».
На позициях Сергей провёл сутки. Боевой задачей было захватить огневую точку противника. Но его ранило. Точку ребята взяли уже без него, когда пришло подкрепление.
Осколок вошёл в лоб. Черепно-мозговая травма. На память остался рубец в форме галочки.
«До Гарри Поттера не хватает одной палочки. Ещё чуть-чуть — и был бы Гарри Поттер», — шутит Сергей.
Когда пришёл в себя и появилась связь, первым делом написал жене.
«Мы всю ночь общались по телефону, — рассказывает Елена. — Он был в шоковом состоянии и нёс какой-то бред. Но я была готова слушать всё что угодно, только знать, что живой».
Когда пришло то самое сообщение, Елена уже не сомневалась: боль в спине была не случайной. Утром она собрала дочь, села за руль и, ещё не зная точного маршрута эвакуации, поехала в сторону Ростова.
«Я не знала, что его эвакуируют именно в Ростов. Просто понимала, что это будет приграничная территория, — вспоминает Елена. — Если бы выяснилось, что его везут в Крым, мы бы развернулись и поехали в сторону Крыма. Я даже не помню, с какой скоростью неслась тогда по трассе».
Позже Сергей позвонил и сказал, что будет в Ростове. Елена с дочерью ждала его у ворот госпиталя. Медперсонал удалось уговорить отпустить его к семье на час.
«Он вышел дезориентированный, с заклеенным лбом, с нарушенной речью. Он и сейчас ещё медленно говорит, до конца не восстановился», — говорит Елена.
Об обстоятельствах ранения она узнала позже от сослуживцев мужа. Эвакуация шла в сумерках — в те самые 15-30 минут, когда оптика беспилотников ещё хуже видит. Группа тащила бойца с раздробленной ногой по полю, изрытому минами. Бежали к точке, где должна была ждать машина.
Остановились перевести дух, обернулись — «Волка», который бежал последним, нет. Подумали, что накрыло и придётся забирать его «двухсотым». Но Сергей выжил. Выполз к своим.
«После ранения очень хотелось пить, но воды не было, — рассказывает Сергей. — Нашёл в кармане барбариску, раскусили её на троих, чтобы слюна во рту появилась. Вкуснее конфетки я в жизни не пробовал».
Потом началась череда госпиталей: Краснодар, Буйнакск, Ростов-на-Дону.
«Я везде находилась рядом с ним. Приезжала то сама, то с дочкой, — продолжает Елена. — Можно сказать, мы служили и лечились всей семьёй. В Дагестане выздоравливающие парни жили в гостинице. По вечерам мы собирались вместе: ужинали, разговаривали, поддерживали друг друга. Все были очень сплочённые».
Мирная жизнь
На передовую Сергей Яровой уже не вернулся. По состоянию здоровья его направили в резервный батальон на Белгородском направлении. Это был не тыл, а неспокойное приграничье.
«Ездила я к мужу и в Белгород, — говорит Елена. — По дороге своими глазами видела бой в соседней лесополосе. Пришлось даже на машине от беспилотника убегать».
В феврале 2026 года Сергея списали по здоровью. Памятью об участии в специальной военной операции остались медаль «За храбрость» II степени и медаль участника СВО. Есть награда и у Елены — «Жена участника СВО».
Сейчас Сергей Яровой дома, с семьёй. Работать на стройке, как до начала специальной военной операции, уже не получается. Восстановление после ранения продолжается, развился сахарный диабет, в теле остались осколки. Сергей устроился оператором в котельную.
Зато он успел побывать на выпускной линейке дочери. Снова школьное фото: нарядная Вика и счастливый папа рядом. Только теперь за этим снимком — три года, которые изменили жизнь всей семьи.
Инна КУЗНЕЦОВА
