После тяжёлого рабочего дня или долгой домашней суеты каждому хочется отвлечься и посвятить время любимому занятию. У геленджичанки Натальи Валавиной увлечение вышло за рамки обычного: её дом буквально превратился в настоящий музей.
Вместе с дочерью и сестрой она собирает советские чеканки. Сегодня в их коллекции более шестисот металлических панно, а также почти четыре сотни других артефактов советской эпохи.
«Чеканутые» по любви
Рождённые в СССР хорошо знают, что такое чеканка. Древняя техника художественной обработки металла, при которой лист меди, латуни или алюминия под ударами специальных молотков превращается в объёмную картину, вдруг совершенно неожиданно обрела невероятную популярность в Советском Союзе. Сначала чеканные металлические панно распространились в Грузии и Армении, а затем стали массовым искусством, заполонив стены квартир и комнат по всему Союзу.
У Натальи всё началось с одного скромного панно. Затем появилось второе, десятое, двадцатое… И вот уже коридоры, лестницы и стены двухэтажного дома покрылись мерцающим металлом. Коллекция разрослась до таких размеров, что, как шутит сама героиня, вещи буквально «выселили» хозяйку из её собственного дома.
«Коллекционирование у нас – дело семейное. Пять лет назад мы увидели, что люди выбрасывают или за копейки сдают в лом то, что раньше украшало почти каждое советское жилище. Мне трудно это понять. Ведь в каждой работе – история страны, живая память. Разве память можно сдать в лом? Раньше стоимость чеканки могла доходить до 80 рублей – целая зарплата! А теперь их несут на свалку… Мы не просто коллекционируем, а спасаем то, что другие хотели забыть. И, кстати, мы такие не одни. В популярном мессенджере есть целое сообщество для «чеканутых» со всей страны. Там нас шестнадцать человек. Мы дружим, делимся находками и секретами реставрации», – с улыбкой рассказала Наталья.
«Спасательная» операция длиной в 5 лет
Наталья не участвует в гонке за дорогими лотами. Она знает негласные правила этого рынка: перепродавцы всегда завышают цену, а те, кто действительно дорожит семейной памятью, чеканку просто не отдадут. Зато владельцы, желающие поскорее освободить место в квартире, готовы расстаться с панно за символические суммы. Пять лет назад, когда коллекция только начинала собираться, даже крупные работы продавались по 100 рублей, а некоторые и вовсе доставались бесплатно. Для женщин это не инвестиция и не предмет роскоши, а тихая «спасательная операция».
«Многие чеканки достаются нам в плачевном состоянии. Время и неправильное хранение делают своё: металл окисляется, зеленеет, лак облупляется. Чтобы их спасти, мы бережно очищаем каждое панно, просушиваем его и покрываем специальным воском, который варю сама. Он создаёт защитный слой и возвращает чеканке первоначальный блеск», – отметила Наталья.
Комнаты с историями
Переходя из комнаты в комнату, перестаёшь чувствовать себя гостем и начинаешь путешествовать по ушедшей эпохе. По словам Натальи, её коллекция началась с богатырей: в одной из комнат собрано более сотни металлических панно с былинными героями.
В «комнате Кавказа» медь будто говорит по-грузински и по-армянски.
На кухне, как и положено, висят «бытовые» сюжеты, а в санузле – те самые легендарные «туалетные» чеканки с писающими мальчиками и девочками.
По лестнице «плывут» корабли, в бывшей детской «поселились» казаки, охотники и сказочные герои, а в гостиной сразу привлекают внимание Ленин, Гагарин, Высоцкий и картины с классической советской пропагандой.
Но коллекция не ограничивается только чеканками: здесь будто оживает эпоха СССР. На кровати лежит собрание сочинений Ленина – более 50 томов.
На вешалке в шкафу висит пионерская форма, на полках аккуратно разложены журналы «Работница», «Наука и жизнь», «Сельское хозяйство» 70-х годов, на столах – коллекция открыток и старых фотографий.
Виниловые пластинки с песнями и сказками словно ждут своего часа, шарообразный советский пылесос до сих пор гудит и готов к уборке, да и старинные утюги и детские швейные машинки всё ещё на ходу. Патефоны, радиолы, пузатые самовары, старые заводные часы… Часть вещей подарили друзья и соседи, зная: здесь им найдётся тёплый уголок. У каждой вещи – своё место, своя история. Всего – более 1000 экспонатов. И кажется, что они не просто заполняют пространство, а бережно держат время на паузе.
Мастер из Новокузнецка и Гагарин с узбекским акцентом
Выбрать «самую интересную» чеканку здесь невозможно. Но во время экскурсии по дому Наталья рассказала о некоторых:
«Есть у меня цветная чеканка под названием «У самовара»: скатерть приварена отдельно и буквально свисает с рамы, кран на самоваре двигается, а сидящая за столом женщина в платье в горошек вяжет полосатый носок, рядом с ней сидит мужчина в синем спортивном костюме с кружкой; буквально за ними расположена картина с тройкой лошадей. Сколько символов в одной работе! Вторая чеканка этого же автора – полноцветная копия картины «Октябрьский праздник в Риме» Орлова, третья – «Хозяйка Медной горы» со стекляшками вместо драгоценных камней. Имя автора внуки-продавцы не раскрыли, но талант и фантазия чеканщика заставляют останавливаться возле его работ.
А вот чеканка с Гагариным приехала из солнечного Узбекистана и, если прищуриться, первый космонавт слегка, «по-узбекски», улыбается, видимо, мастер не мог сделать его иначе: не сумел или не захотел».
История, спрятанная на обороте
Одна из самых ценных находок для семьи – толстая тяжёлая чеканка под названием «Герои Малой Земли» с надписью на обратной стороне: «Ярославль. Детский клуб ордена Ленина. Кружок художественной чеканки».
Наталья объяснила: «Новороссийск совсем рядом, здесь шли тяжёлые бои, поэтому эта чеканка для нас особенная».
На оборотах многих работ – пожелания от дарителей, ведь чеканки на пике их популярности – в 70-х и 80-х годах – было принято дарить на все праздники: свадьбы, дни рождения, юбилеи.
И сейчас нам кажется удивительным, что чеканку с раненым красноармейцем могли когда-то кому-то подарить на свадьбу, но это – наша история. В коллекции семьи чеканки самые разные: и любительские, и заводские. Среди тех, что делали на заводе, есть целая серия от Новотроицкой мебельной фабрики, которая производила металлические панно не только для Союза, но и на экспорт.
«В целом большая удача, когда на обороте чеканки есть дарственная надпись, подпись автора или хотя бы этикетка производителя, – рассказала Наталья. – Так мы можем узнать больше о том, кто её произвёл или кто ею владел».
Перед тем как уйти, я ещё раз оглядываюсь на стены, сплошь покрытые рельефной медью. За этими чеканками и бытовыми артефактами стоит не просто коллекция, а история целой эпохи, сохранённая с любовью женщинами, которые не позволили времени и равнодушию стереть память о том, что было дорого миллионам советских людей.
Елена Мирошник
