На берегу люди с биноклями каждый час всматриваются в море. Записывают, где появились дельфины, отмечают суда, мусор и ветер. Так учёные пытаются оценить численность животных и определить важные для них участки моря.
Об исследовании корреспонденту «Прибоя» рассказал Дмитрий Глазов, научный руководитель проекта «Дельфины Чёрного моря: изучить, чтобы сохранить», сотрудник Института проблем экологии и эволюции им. А. Н. Северцова РАН.
«Более 30 лет в черноморской акватории не велось системного учёта китообразных. Между тем, все три вида дельфинов имеют высокий природоохранный статус: афалина и азовка – в Красной книге России, белобочка – в Красных книгах Крыма и Севастополя, – рассказывает Дмитрий Михайлович. – Разливы мазута и случаи массовой гибели дельфинов показали, что без актуальных данных невозможно оценить ущерб и выстроить защиту».
Все три вида образуют черноморские подвиды, приспособившиеся к жизни в замкнутом море. Афалина меньше по размеру, чем её океанские сородичи, и лучше адаптируется к человеку. Азовка, или морская свинья, – самая маленькая и скрытная. Её трудно заметить даже опытному наблюдателю. Белобочка – самый быстрый и подвижный из черноморских дельфинов. Белобочки держатся группами, их легко узнать по контрастной окраске.
«На сегодняшний день у нас нет точных данных, сколько дельфинов живёт в нашей части моря, насколько критична ситуация и как они себя чувствуют. Ориентироваться на данные тридцатилетней давности неправильно и ненаучно. За это время экосистема сильно изменилась, а антропогенная нагрузка выросла в разы».
В советское время дельфинов изучали ради возможного возобновления их добычи. Позже остались лишь попутные наблюдения при рыбном промысле и сбор погибших животных. Теперь выйти в море с научной миссией сложно, а наблюдать с воздуха невозможно из-за закрытого воздушного пространства. Поэтому учёные работают с берега.
На пяти постоянных точках от Тамани до границы с Абхазией весной, летом и осенью специалисты по десять дней каждый час осматривают акваторию. В проекте 11 человек: по двое наблюдателей на точке и координатор. Даже отсутствие дельфинов заносят в протокол. Помимо береговых наблюдений, в рамках проекта проводятся и судовые учёты. Учёные и волонтёры выходят в море и обследуют акваторию с борта судна, чтобы получить дополнительные данные о численности, составе групп и перемещениях дельфинов на удалённых от берега участках.
На основе всех этих данных строят математические модели, позволяющие оценить численность животных и их перемещения. Проект рассчитан до весны 2028 года.
Учёные различают «местных» дельфинов, которые регулярно появляются в одних и тех же местах, и «транзитных», проплывающих мимо. Это помогает определить участки моря, где животные особенно нуждаются в охране. Одна из главных угроз связана с человеком.
«В туристический сезон катера, лодки и водные скутеры активно приближаются к дельфинам. Мы уже видели животных с травмами от винтов, а также случаи, когда лодки разделяли самок с детёнышами, – продолжает Дмитрий Глазов. – У афалины и азовки низкая скорость воспроизводства, и потеря даже нескольких особей может заметно повлиять на популяцию».
Учёные планируют обсудить с местной администрацией и профильными ведомствами правила поведения в местах обитания китообразных. К просветительской работе подключился и курортный бизнес. Alean Collection поддерживает исследования через экологический фонд «Чистые моря» совместно с учёными Института проблем экологии и эволюции им. А. Н. Северцова РАН при грантовой поддержке Президентского фонда природы. В просветительских активностях отелей Alean приняли участие более 500 семей, и более 4 000 человек уже помогли проекту на текущий момент.
Результаты планируют представить на международных конференциях и передать природоохранным ведомствам. Сейчас в российской части Чёрного моря только одна особо охраняемая акватория – Утришский заповедник. Учёные надеются, что собранные данные помогут обозначить важные территории и станут основанием для создания на них временных зон покоя или новых ООПТ.
«Это лишь первый маленький шаг в исследовании, – подчёркивает Дмитрий Глазов. – Мы собираем базовые данные, строим первые модели, намечаем ключевые зоны. Но именно эта «нулевая точка» станет основой для всей дальнейшей работы, по ней через годы можно будет отслеживать изменения, оценивать эффективность мер охраны и вовремя реагировать на новые угрозы. Дельфины не умеют жаловаться на мазут и шум винтов. За них это должны сделать те, кто наблюдает за ними с берега и те, кто готов услышать».
Инна КУЗНЕЦОВА
